Цветок жизни — очерк В. Бианки

Из постановления Бюро Ленинградского Совета пионерской организации имени В.И. Ленина: «Объявить строительство памятника «Цветок жизни», сооружаемого в память о подвиге ленинградских детей в дни блокады Ленинграда, ударным объектом ленинградской пионерской организации к юбилею ВЛКСМ.

Городскому пионерскому штабу установить на строительстве командный пост Пионерстроя для осуществления контроля за ходом строительства. Районным советам пионерских организаций направлять на объект лучшие пионерские отряды и победителей смотра «Смена смене идет», передовые отряды и бригады Пионерстроя».

пионеры на строительстве «Цветка жизни», фото Г. Сафонова

Архитектор Павел Иванович Мельников, пятясь, вылез из машины. Руки у него были заняты: он тащил дюжину новеньких лопат. Вслед за ним выпрыгнул из «Волги» Александр Данилович Левенков. Под мышкой Александр Данилович держал большущую книгу в толстом сером переплете.

Авторы «Цветка жизни» прибыли на стройку. Собственно говоря, стройки пока никакой и не было. Тут, на втором километре легендарной «Дороги жизни», справа от шоссе виднелись дома пригородной деревеньки. Слева расстилалась пойма речки Луппы. Вдоль берега Луппы щерились ряды остроугольных противотанковых надолб. Примерно так выглядело это место двадцать с лишним лет назад — когда гитлеровцы блокировали город Ленина. В дни, когда грузовики мчались к Ладоге, чтобы увезти на Большую землю, чтобы спасти от голодной смерти стони женщин и детей. Больше всего в кузовах было детей.

По этой дороге проехал в 1942 году детдомовец Паша Мельников. Будущий архитектор Мельников. А сейчас он, аккуратно положив на травку лопаты, разогнулся и посмотрел в сторону Ленинграда.
— Где же ребята? Впрочем, вот, кажется, и они…
— Из лагеря «Орленок», за работу!

Добровольцы не спрашивали, зачем их позвали сюда. Все знали, что им предстоит строить. Только один октябренок, тронув пальцем книгу в сером переплете, спросил:
— Дядя, а зачем этот альбом?
— Его мы сделали специально, — ответил Левенков. —
Каждый, кто потрудится, сможет оставить запись. Книга будет храниться вечно… Через несколько часов черенки лопат, привезенных Павлом Ивановичем, потемнели от земли и пота. А в книге появились первые строки: «Котлован для памятника вырыт почти наполовину…»

С этих пор не проходило, пожалуй, дня, чтобы у деревни Ковалево не работали ребячьи отряды. Как и на всякой большой стройке, здесь понадобились и бульдозеры, и краны, и разная другая «взрослая» техника, ребята расчищали площадку, просеивали мраморную крошку — ее понадобилось много тонн! — «бучарили», то есть специальными молоточками обстукивали мраморные осколки, чтобы поверхность памятника блестела, становилась как бы льдистой…

Пионерские посты дежурили на шоссе. Так когда-то во время войны дежурили армейские регулировщики, обеспечивая порядок на «Дороге жизни». Ребята указывали путь к будущему «Цветку» множеству людей. Шофер, эвакуировавший детей через ледовую трассу, вел за руку внука. Шла мать, похоронившая в войну троих мальчиков-сыновей. Потом прибыли ленинградцы-блокадники, воспитанники детских домов. Потом — пионеры военных лет, награжденные медалью «За оборону Ленинграда». Потом — лучшие бригады Пионерстроя.

Строителям, и маленьким и взрослым, некогда было много разговаривать. И все же как часто слышалось здесь тихое: «А помнишь?...» «Помню…» «Цветок жизни» стал по-настоящему народной стройкой. Вот почему всего за девяносто дней в пойме реки Луппы вырос памятник.

На четырнадцать метров уходит в высоту стебель «Цветка». Вокруг него скоро вырастет целый памятный комплекс, посвященный детям-героям. И когда ты пойдешь к «Цветку» по длинной белой тропе, ты успеешь увидеть многое и подумать тоже о многом. С одной стороны тропы установят каменные страницы. На них выбьют строки из дневника ленинградской школьницы Тани Савичевой, погибшей от голода в блокаду. Сам дневник хранится в музее. Здесь его точная копия. «Женя умерла 28 декабря, ы 12 часов 30 минут утра 1941 г. …» «Савичевы умерли… Умерли все… Осталась одна Таня».

памятник «Цветок жизни» — «Пусть всегда будет солнце!»

Тяжело, страшно читать эти строки. Мрачно грозят, стоя против белых страниц, угловатые кулаки черных камней. Как напоминают они о злых силах, которые обрекли ленинградцев на смерть и страдания! Но ты идешь и идешь вперед, и тебе уже не страшно, потому что совсем рядом с тобой вырастает «Цветок жизни», и на его лепестках светлые, знакомые тебе с детства слова: «Пусть всегда будет солнце!»

Источник: Валентин Бианки. Журнал «Костёр» №1 1969 год. Фото (вверху) Г. Сафонова.

Добавить комментарий